Всему вопреки

Глава 7

Кэрол преследовало такое чувство, будто все оборачивается против нее, но пытаться что-либо изменить было уже слишком поздно. Ни Мадмуазель, искренне верившая в ее помолвку, ни мисс Доув, внезапно приехавшая из Англии, чтобы лично принести ей свои поздравления — никто просто не поверит ей, если она вдруг посвятит их в тайну происходящего.

Искусно сплетенная паутина лжи, опутавшая девушку с головы до ног, оказалась столь тонкой и прочной, что разорвать ее не было никакой возможности. По каким-то необъяснимым причинам, никому не казалось странным, что очень богатый мужчина собирается жениться на девушке без гроша за душой, которая, к тому же, хоть и была весьма очаровательной, все же не могла соперничать с ослепительной красотой Марти или мадам Сент-Клер. Вся школа смотрела на Кэрол, затаив дыхание, и, в ожидании предстоявшей церемонии бракосочетания, собирала деньги на свадебный подарок!

Кэрол приходила в ужас от одной только мысли о том, какова будет реакция окружающих, если ее уличат в обмане или если помолвка будет расторгнута. Она просто не хотела и не могла думать о том, что когда все будет кончено, ей придется уйти из школы мисс Доув, покинуть Париж, искать себе где-то пристанище и работу… Во всем случившемся она обвиняла лишь себя и не надеялась ни на чье прощение и сострадание.

Днем, накануне торжественного обеда в честь их помолвки, Джеймс прислал Кэрол в подарок великолепное жемчужное ожерелье. Потрясенная его невероятной стоимостью, девушка попыталась настоять на том, чтобы он забрал его назад сразу же по окончании обеда, но Джеймс легкомысленным тоном заявил, что если ожерелье вернется к нему, то будет немедленно послано назад с посыльным, и что это будет повторяться всякий раз, как только ожерелье снова будет к нему возвращаться.

Вечером, в день торжественного обеда, посыльный доставил в школу цветы для мисс Стерн. Служанка, передавая ей корзину белоснежных роз, прекрасно гармонировавших с жемчужным ожерельем, смотрела на Кэрол с откровенной завистью.

Потом пришла Марти. Она оглядела Кэрол с головы до ног и не нашла в ее внешнем виде ни малейшего изъяна. Сама Марти, одетая в какой-то ослепительно сверкающий, словно покрытый серебряным инеем, наряд, выглядела великолепно.

С Кэрол происходило что-то неладное, она совершенно не могла сидеть на месте, и было заметно, что девушка сильно нервничает. Марти, глядя на подругу, покачала головой.

— Успокойся, дорогая, — сказала она. — Ты выглядишь восхитительно. На мой взгляд, этой блестящей вдове, Санте Сент-Клер, куда как далеко до тебя. Ты напоминаешь мне статуэтку из редкостного старинного фарфора. Думаю, Джеймс будет счастлив… ну, или все, кто увидит тебя сегодня, будут считать, что он счастлив, — быстро поправилась Марти.

Она повернулась к двери.

— Нам лучше пойти вниз. Джеймс, видимо, и сам немного нервничает. Подождем его там. Не забудь свою сумочку, а то тебе нечем будет привести себя в порядок, когда мы приедем на место.

Джеймс въехал во двор так порывисто, что волнение Кэрол только усилилось. Когда девушки садились в машину, он выглядел довольно мрачным и замкнутым. Джеймс пристально поглядел на Кэрол, но ничего не сказал. Усевшись рядом с ним, Кэрол с удивлением отметила, что у него дергаются уголки губ и что машину он ведет с каким-то совершенно не свойственным ему напряжением.

Дом сэра Дарела находился в самом центре респектабельной части Парижа. Сэр Дарел и леди Брем встретили Кэрол с большой теплотой и радушием.

— У меня нет слов, — произнес сэр Дарел, часто моргая. — Ты заслуживаешь самой высокой похвалы, мой мальчик! Похвалы и поздравлений! Я не знаю, где ты сумел найти эту молодую леди, но зато уверен, что если бы был свободен и также молод, как ты, то без колебаний похитил бы ее!

Затем он перевел взгляд на Кэрол и несколько секунд молча смотрел на нее.

— Уж и не знаю, что и сказать вам, юная леди. Джеймс так долго оставался холостяком, что успел обзавестись множеством самых дурных привычек. Но я не сомневаюсь, вы найдете способ избавить его от них!

Кэрол стояла в полном смущении.

— Знаете, дорогая, — сказала ей леди Брем, взяв под руку и отводя от мужчин, — мы очень опасались, что Джеймс так никогда и не соберется жениться. — Она оглянулась на Джеймса и, убедившись, что тот занят беседой, прикрыла рот рукой в перчатке и зашептала: — Но еще больше мы боялись, что он может жениться на ком-нибудь, кто ему совершенно не подходит!

— О!.. Неужели? — только и сумела, заикаясь, вымолвить Кэрол.

Леди Брем продолжала шептать.

— Она сегодня здесь, но у вас совершенно нет причин для беспокойства. Никто из нас не хотел, чтобы она заполучила Джеймса. Он, откровенно говоря, так красив и богат! Мы все ужасно боялись, что кто-нибудь сумеет женить его на себе из-за денег.