Сталин и органы ОГПУ

О смерти Сталина

5 апреля 1996 г. в 13.30 я прослушал по Российскому радио воспоминания Д. Волкогонова и др. под названием «Царь горы». В основном Д. Волкогонов привел мои воспоминания о смерти Сталина правильно, но все же в отдельные места воспоминаний я внесу значительные коррективы. В 18 час. первого марта 1953 г. у Сталина зажегся свет в малой столовой. М. Старостин, В. Туков, П. Лозгачев облегченно вздохнули. Сейчас вызовет. Но вызова не последовало. Примерно в 23 часа пришла почта на имя Сталина из ЦК ВКП(б). По положению и инструкции обязан заходить к Сталину комендант дачи или его помощник. Дежурили в приемной у Сталина телохранитель Михаил Гаврилович Старостин, В. Туков и помощник коменданта дачи Петр Васильевич Лозгачев. Он первый зашел с почтой к Сталину в малую столовую. Обнаружив Сталина лежащим на ковре у стола, быстро позвал М. Старостина, В. Тукова, Матрену Бутузову. Сталин, видимо, уже лежал без сознания с 18.30–19 часов. Это было видно по его физиологическим признакам. Все четверо перенесли Сталина в большой зал заседаний и положили на диван. Что касается Ивана Васильевича Хрусталева, то он провожал Г. Маленкова, Н. Хрущева, Н. Булганина, Л. Берию в 4 часа утра первого марта 1953 г. до основного подъезда, куда подавались машины гостей.

По свидетельству И. Хрусталева, Берия у Сталина на даче в кабинете не оставался. Да как же он бросит своего информатора о сталинских намерениях, поскольку Сталин Маленкову многое доверял. Когда все члены Политбюро уже собрались за столом у Сталина, Берия и Маленков продолжали прохаживаться вокруг дачи «Кунцево».

Из воспоминания И. Хрусталева: «В 4 часа, после того, как я проводил четверку гостей, у Сталина настроение было хорошее. Он мне сказал: «Хрусталев, я ложусь отдыхать и вы можете расслабиться и отдохнуть». Никакой раздраженности у Сталина не было. Он был спокоен. Тем более что они приехали в Кунцево после просмотра кинокартины в Кремлевском зале. Сталин не был мрачным и диктаторских разговоров со мной не вел».

Кстати, не надо путать Ивана Васильевича Хрусталева, постоянного телохранителя Сталина, и шофера Л. Берии Хрусталева А.И. Берия 5 марта 1953 г. в 17 час., спускаясь со второго этажа, крикнул Хрусталеву Ивану Васильевичу: «Хрусталев, машину!». Но не своему шоферу, который в это время находился в служебном шоферском помещении недалеко от въездных ворот. Что касается пребывания Сталина в бессознательном состоянии, то есть основания полагать, что он лежал парализованный с 19 часов 1 марта 1953 г. до 9 часов 2 марта 1953 г. Первым приехал к Сталину в 7.30 Н. Хрущев, но не члены Политбюро. Только около 9 часов 2 марта 1953 г. появились врачи во главе с Лукомским и начали осмотр больного. Так что Светлана Аллилуева с 19 часов 1 марта до 12 часов 2 марта 1953 г. ничего об отце не знала.

Комендант дачи «Кунцево» Иван Михайлович Орлов и Валентина Васильевна Истомина 1 марта 1953 г. были по 2 марта 1953 г. примерно до 12–13 часов выходные. При Сталине оставались М. Старостин, П. Лозгачев, В. Туков, Матрена Бутузова до приезда врачей.

Никто из медсестер Кремля беспардонных уколов Сталину на свой риск не делал, поскольку уже были несколько профессоров медицины. Ставили пиявки, давали кислородную подушку, вводили Сталину уколы камфоры. Это все соответствует действительности. 5 марта 1953 г. вечером дали Сталину, видимо, солидную дозу инъекции. Тело его вздрогнуло, и он через 5–10 минут скончался. При этом присутствовали профессора медицины Лукомский и др., а также любимец Сталина телохранитель Иван Васильевич Хрусталев. Он-то и вышел в коридор к остальным сотрудникам охраны, обслуге и, вздохнув, произнес: «Все, товарищ Сталин скончался».